Сижу в ***, поджидаю знакомого. Время ланча и в зале людно. Посетители – в основном банковские клерки средней руки. Те, кому религия уже не позволяет посещать более демократичные заведения, а бюджет ещё не даёт возможности выбирать более пафосные. Судя по меню, санкции обошли это место, разве что цены подросли. За соседним столиком – двое то ли трейдеров, то ли инвестаналитиков. Один постарше, в пиджаке без галстука, посверкивает запонками, кажется, Montblanc . Другой помоложе, в сорочке с короткими рукавами и галстуком Zegna . Похоже, молодой начал жаловаться на девальвацию рубля, из-за чего отодвигается его мечта о Camry . Более опытный товарищ резонёрски замечает, что сейчас грех жаловаться, и вообще, по сравнению с 98-м годом всё это сущие пустяки. – А как это было в 1998 году? – с неподдельным любопытством спрашивает молодой. – Ну, рубль тогда за неделю упал с шести, нет, вру, с почти семи рублей до 24-х. – Серьёзно? – в голосе молодого слышатся нотки сомнений. – Да. Правда, где-то через месяц там почти всё назад отыгралось. Рубль подрос до девяти: Центробанк всеми силами продавливал курс, потому что банкам надо было платить по форвардам нерезидентам. – А дальше? – А дальше доллар опять отыгрывал своё в два-три дня. И так до следующего 15-го числа. Народ наловчился, под эти даты по два конца на валюте делал. – Круто, – недоверие в голосе молодого сменяется завистью. – Да там вообще крутые бабки поднять можно было, – ударился в воспоминания старший. – Недвижка буквально рухнула, квартиры можно было по 400 долл. за метр брать. Опять же, по ГКО был дефолт, деньги, считай, сгорели, а «юрикам» друг с другом рассчитываться как-то надо. Такие схемы в ход пошли, мама не горюй! Те, кто в них вписа́лись, миллионерами стали. – С нуля-нуля? – Ну, не совсем, но ты прикинь, там весь «крупняк» с рынка в момент выбило. Нерезиденты по домам рванули, «тузы» типа Смоленского (А.П.Смоленский – известный в 1990-е годы банкир, владелец СБС-Агро, входивший в « Семибанкирщину » – А.Н.) полностью просели из-за дефолта. Для тех во втором-третьем эшелоне, у кого хоть что-то было, это как подарок с небес. – Везуха… – Ну не для всех, кто в рублях был, тот много потерял. Однако умные люди всё поняли ещё весной 1998-го и двинули в доллар. Вот им, да, подфартило . Тут подошёл мой знакомый, и я не знаю, чем закончился этот «обед воспоминаний». Но вот ведь какая штука. Совершенно незаметно уже выросло целое поколение инвесторов, для которых сравнительно недавний 1998-й уже преданья старины глубокой . Для них, воспринимающих путинскую стабильность как данность, движение валютного курса на 10% – уже трагедия, а на 30% – чуть ли не катастрофа. Тогда как «ветераны», большинству из которых ещё весьма далеко не то, что до пенсии, а и до второго юбилея , на своей шкуре знают, как обманчив может быть сложившийся тренд, какие совершенно нежданные кульбиты он может выкинуть. Но глас недовольства – он сегодня в основном от тех, более молодых…