А.Нальгин (a_nalgin) wrote,
А.Нальгин
a_nalgin

О рискованном развороте китайского дракона

Китай ведёт борьбу со временем, пытаясь успеть переориентировать экономику на принципиально другую модель роста. А в этой борьбе все средства хороши. Тем более, классические – в виде антикоррупционных кампаний.

На днях Верховный народный суд КНР обвинил бывшего члена постоянного комитета Политбюро ЦК КПК, курировавшего органы правопорядка и спецслужбы страны, Чжоу Юнкана в "попрании закона" и нарушении партийного единства, а также в занятиях внепартийной политической деятельностью. Это стало «довеском» к прежним винам экс-политика – коррупции и разглашении государственной тайны.

Заключение ВНС Китая представляет собой принципиально новый поворот в антикоррупционных кампаниях. Ранее акцент в обвинениях по коррупционным составам делался на получении личных выгод и никогда не распространялся на какую бы то ни было политику. Возможно, это признак того, что нынешнее политическое руководство Китая вплотную приступило к зачистке внутрипартийного поля от малейших намёков на создание конкурирующих фракций в КПК.

По одной из версий, озвучиваемых в первую очередь иностранными СМИ, Чжоу Юнкан под руководством бывшего главы компартии Китая Цзян Цзэминя пытался совершить переворот и продвинуть своего протеже Бо Силая на должность генерального секретаря партии. Переворот не удался. Бо Силай был арестован и приговорён к тюремному сроку, а победитель, нынешний председатель КНР и глава КПК Си Цзиньпинь, начал – вполне в духе древних управленческих традиций – уничтожать даже остатки фронды.

Вполне резонный вопрос, зачем примешивать политику к делам, где прежде с лихвой хватало и меньшего?

ChinaMarket

Ответ на него, возможно, кроется в двойном кризисе, который Китай переживает сегодня. Во-первых, прежняя модель роста экономики, ориентированная на экспорт готовой продукции, конкурентоспособной в первую очередь по цене, близка к исчерпанию. Она обеспечила впечатляющий 30-летний экономический подъём, превратив КНР во всемирную фабрику и ключевого игрока на мировой арене. Но сейчас такая модель уже не в состоянии обеспечить прежних темпов, а резкое торможение способно отправить крупнейшую экономику мира (по ППС) в затяжной и опасный кризис.

Во-вторых, приближается к исчерпанию своих пределов и модель политического управления огромной страной. Её основные контуры сконструировал те же 35 лет назад архитектор китайских реформ Дэн Сяопин, заложив в основу стабильность и преемственность. Две смены поколений высшего руководства КНР в той или иной форме проходили под влиянием «товарища Дэна», который, по слухам, выбрал на руководящие роли и Цзян Цзэминя, и Ху Цзиньтао. Но переход власти в 2012-13 гг. был уже вне этого влияния, и многие называют его началом плавания в неизведанных водах.

Основной недостаток такой модели, консерватизм, является продолжением всё тех же стабильности и преемственности. На этапе, когда экспортно-ориентированный и во многом экстенсивный экономический рост позволял обеспечивать повышение благосостояния населения, консенсусу элит ничто не угрожало. Но сейчас, в условиях усиления влияния таких факторов, как внутренний спрос и собственные инновации, противоречие между разными группами влияния могут обостриться. Кроме того, совсем не ясно, способна ли консервативная управленческая модель оказаться достаточно гибкой и адаптивной в условиях быстрых социальных и экономических трансформаций.

Словом, Китай вновь оказался в поворотной точке. Переход от индустриальной экспортно-ориентированной модели к постиндустриальной с акцентом на внутренний спрос, по оценкам, потребует от 5 до 10 лет масштабных и сложных реформ в экономической, социальной и политической сфере. Но из истории хорошо известно, что бюрократия, в первую очередь местная, сопротивляется и противодействует преобразованиям, угрожающим её спокойствию. В этом смысле масштабная антикоррупционная кампания, обещающая захватить не только управленческий аппарат государству и партии, но и находящиеся в государственной собственности бизнес-структуры, выглядит вполне логичным этапом консолидации власти в руках одной группы, которая в дальнейшем и будет проводить реформы.

Это, несомненно, разворот к усилению авторитаризма. Однако история знает примеры успешных экономических трансформаций при авторитарной власти. Пруссия в XIX веке и Сингапур в XX – наглядные тому подтверждения.

Но проблема в том, что масштабы Китая многократно больше. К примеру, в Пруссии в 1871 году жили всего 25 млн чел., а в Сингапуре в 1980-х – впятеро меньше. Население КНР – 1,4 млрд человек, в 1,5 раза выше, чем в начале реформ Дэн Сяопина.

При этом состав и структура китайского населения качественно изменились за три с половиной десятилетия. В конце 1970-х численность сельских жителей вчетверо превышало количество горожан, сейчас – уже только вдвое. За прошедшее время число людей с высшим образованием в Китае выросло в 6 раз, со средним и средним техническим – вдвое. Как правило, чем выше уровень образования и жизни, тем требовательнее граждане к государственному управлению.

Это выводит на первый план вопрос, достаточен ли у КНР запас времени на консолидацию элит и проведение реформ. Успеют ли китайские власти осуществить всё задуманное до того, как протесты, подобные революции зонтиков, начнут «раскачивать» огромный миллиардный дредноут…

Tags: Китай, СМИ, власть, политика, право, реформы, суд, финансовый кризис, экономика
Subscribe
promo a_nalgin november 8, 2028 18:28 689
Buy for 50 tokens
Всем добро пожаловать в мой Альманах! Что бы ни побудило вас подписаться — понравившийся ли пост, рекомендация ли друга, счастливый ли случай — я искренне рад этому. Присоединяйтесь, читайте, обсуждайте. Экономика, которой в основном посвящен Блог о дружбе с головой и деньгами, хороша тем,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments